Главный спасатель Архангельской области об итогах 2009 года

businНачальник Главного управления МЧС России по Архангельской области генерал-майором вн. службы Михаил Бусин подвел итоги работы за 2009 год.

Корр.: Михаил Владимирович, я понимаю, что тема многочисленных российских трагедий, принесших значительные жертвы и ущерб, довольно болезненна. Есть много вопросов и к ведомству, в котором Вы служите. Что, на ваш взгляд, происходит? Чего не хватает, чтобы избежать подобных трагедий?..

М.В. Бусин: Вы правы. Когда происходит одно значимое происшествие — это можно назвать случайностью. Два — уже повод задуматься о взаимосвязи. Три — это тенденция. И, на наш взгляд, тенденция очень плохая: ведь экономика России — будем честными — так и держится на еще советских мощностях. Она просто не выдерживает того отношения, которое к ней оказывают современные «эффективные менеджеры». Яркий пример — авария на Саяно-Шушенской ГЭС. То, что уже «накопали» следователи, ясно говорит — техобслуживание было фиктивным, капитальный ремонт так и не был произведен. То есть «выжимали» из станции прибыль, практически не вкладываясь. Или — вкладываясь недостаточно. Но что такое «вкладываться недостаточно»? По принципу: на наш век хватит. А после нас — хоть потоп. И ведь реально потоп мог принять чудовищные формы. Не потому ли топ-менеджмент станции вместо принятия управленческих решений рванул занимать высоты вокруг станции?.. А «затыкать» бреши пришлось тем же рядовым сотрудникам Саяно-Шушенской ГЭС и спасателям. Я считаю, что в тех условиях наши коллеги сделали не просто все возможное — они совершили настоящий подвиг.

…Когда у нас под Архангельском в августе 2008 года проводились соревнования спасателей, то многие задания были связаны именно с водолазными работами. Буквально затапливали водой бесхозный водоотстойник, моделировали в нем рубку подводной лодки и спасение оставшегося в живых в «воздушном кармане» подводника. Спасатель должен был действовать в ледяной воде с нулевой видимостью. Тогда никто, конечно, и предположить не мог, в КАКИХ условиях спасателям придется применять свои водолазные навыки. И я полагаю, что тот, кто видел, с какими масштабами трагедии пришлось тогда столкнуться МЧС, никогда не упрекнет спасателей.

«Невский Экспресс» показал, с одной стороны, профессионализм наших структур. С другой — вскрыл очевидные проблемы. Большинство травм, полученных пассажирами — от оторванных со своих мест алюминиевых кресел. Именно их рваные края стали подобны шрапнели. Почему ничего подобного не могло быть в советских вагонах? Почему в погоне за красотой, эстетикой, необычностью были упущены принципиальные моменты — безопасности? Тут уже вопросы уместно задавать следователям, а не МЧС. Другой аспект: у нас очень слабо развита малая вертолетная авиация. Случись сход вагонов в другом месте — и машины той же «скорой» помощи могли просто не добраться к месту. И на это обращают внимание не только в МЧС. Всемирно известный детский хирург Леонид Рошаль об этом же говорит: нужно возрождать малую авиацию. Но это связано опять же с экономикой. Ведь вертолеты — это не просто машины и пилоты, это целая инфраструктура. В МЧС ее развивают, но пока это дело в достаточно молодой стадии, и требует дальнейшего развития. Если меня спросят, нужна ли малая авиация в Архангельской области — отвечу однозначно — да. Ведь у нас есть довольно сложная трасса М-8, и добраться до многих ее участков, чтобы оказать помощь вовремя, на машине просто нереально. При ДТП важно уложиться в «золотой час», после которого шансы на благополучный исход для пострадавшего снижаются. А разве до наших деревень легче добраться? Некоторые за двумя реками расположены, к иным по зиме или в распутицу и вовсе проезда нет.

Корр: И как выходите из ситуации?

М.В. Бусин: В частности по М-8 мы во всех пожарных частях вдоль трассы аттестовали пожарных на проведение спасательных работ, обеспечили специальным инструментом, позволяющим резать металл, разжимать конструкции. Это важно при деблокации пострадавших из покореженных в результате ДТП автомобилей. А с труднодоступными деревнями — это, безусловно, больная тема. Но, согласитесь, строительство и содержание дорог — не к МЧС вопрос. Зато в этом году в сельских районах области построено и стало функционировать 21 новое пожарное подразделение! Ведь от того, как близко находится пожарная часть от дома, как скоро огнеборцы прибудут в случае беды — зависит подчас не только судьба отдельного дома, конкретной семьи — но и всей деревни! А 21 пожарный пост — это огромное подспорье. Это спасенные в будущем дома, сохраненные человеческие судьбы, если хотите.

Корр.: Трудно обойти трагедию в Перми. Хотелось бы знать Ваше мнение об этом событии.

М.В. Бусин: Знаете, я многое повидал за годы службы… Но с таким встретиться хоть раз — не дай Бог… Степень ответственности как владельцев бара, устроителей «пиротехнического шоу», так и наших коллег из госпожнадзора Пермского края пусть установят в суде. Я не считаю, что вправе судить об этом. Но со своей стороны скажу — систему ответственности нужно менять принципиально. Ведь сейчас сотрудник пожарного надзора не имеет права проверить какой бы то ни было объект без согласия прокурора, без предварительного согласования с владельцем. Представьте аналогию: милиционеру заявляют о том, что у некоего гражданина имеется незаконное оружие. Милиционер просит право на проверку у прокурора, потом звонит гражданину и говорит: «А разрешите Вас завтра проверить?» Абсурд? — А не абсурд, когда огнетушители ставятся владельцем бара лишь на день проверки, когда документы на противопожарную обработку могут оказаться «липой», но инспектор обязан им верить — по закону? В конце концов, в надзоре до сих пор существует и человеческий фактор (мера ответственности избирается по внутреннему убеждению инспектора, и от этого МЧС планирует отказаться, соответствующие документы проходят экспертизу в Минюсте), и «вилка» этой ответственности: от предупреждения до штрафа. Опять же, увеличивая сумму штрафа, о чем сейчас также много говорится, нужно знать, что штрафовать за одно и то же нарушение предстоит ОДИНАКОВО не только владельцев «заводов, газет, пароходов», но и школьных завхозов с грошовыми зарплатами. И разрешить эту проблему просто — не получится. А решать надо. И если мне говорят — вот, ГПН взяточники — я отвечаю: дайте факты! Я точно знаю, что мои сотрудники на «Лексусах» не ездят. Я отвечаю за них. Каждый случай коррупции — это моя личная боль. От нечестных инспекторов мы избавляемся безжалостно. Я не боюсь сказать: у нас есть телефон доверия (8182)29-99-99. Обращайтесь! Но нам ни разу за все время из сотен поступивших сигналов никто не заявил о случае взяточничества. Я полагаю, это все-таки говорит о честности наших сотрудников.

Корр.: И последнее. Впереди новогодние праздники. Чего от них ждете? Как будете проводить Новый год? Куда поедете?

М.В Бусин: Как стал начальником — никуда из Архангельска на новый год не выезжаю. А как уедешь, если новогодние каникулы — самая «жаркая» пора в году в пожарном отношении? Ни в одни другие праздники столько происшествий не случается, как в Новый год. Фейерверки, кстати, ни при чем: основные трагедии происходят из-за курения в пьяном виде. Поэтому дай Бог, чтобы во время речи Президента хоть спокойно с бокалом шампанского об этом не думать… А с утра 1 января — снова на службу. Работа такая.